Издательский дом Редакция Подписка
Погода в Якутске: . -16 oC
КУРС ЦБ: $ 71,53 | 82,83

В недавней истории Якутии осталось множество событий, трактовка которых до сих пор остается неясной и не до конца понятной. Одно из них произошло в 1928 году, когда ЯАССР лишилась сразу нескольких своих руководителей, которым было запрещено возвращаться на Родину. Как происходила «смена власти» в республике и о последствиях «Восстания конфедералистов», наш материал.

В недавней истории Якутии осталось множество событий, трактовка которых до сих пор остается неясной и не до конца понятной. Одно из них произошло в 1928 году, когда ЯАССР лишилась сразу нескольких своих руководителей, которым было запрещено возвращаться на Родину. Как происходила «смена власти» в республике и о последствиях «Восстания конфедералистов», наш материал.

Сгущающиеся тучи

В 1927 году в Якутии вспыхнуло восстание под руководством представителей национальной интеллигенции Павла Ксенофонтова и Михаила Артемьева, вошедшее в историю как «восстание конфедералистов». Оно носило преимущественно ненасильственный характер и своей целью ставило расширение прав автономной республики. Судьбоносно, что именно в этому году Сталин окончательно перехватил в свои руки все рычаги власти. Это и сыграло роковую роль в судьбе не только восставших, но и тогдашнего руководства ЯАССР. Если бы оно произошло на год-два раньше, то возможно его исход был бы другим, но именно в 1927 году политика партии по отношению к национальным республикам кардинально изменилась. Сталин провозгласил «решительную борьбу» с национализмом, обвинив национальную буржуазию в борьбе против диктатуры пролетариата.

Павел Ксенофонтов

Павел Ксенофонтов

В Якутии, приказом ОГПУ была создана «особая тройка» для решительного подавления восстания. В ее состав вошли уполномоченный ОГПУ по Якутии Буда, и.о. секретаря Якутского обкома ВКП(б) Карл Байкалов (в прошлом командующий красными войсками в Якутии во время Гражданской войны) и и.о. председателя Совета народных комиссаров ЯАССР Степан Васильев (заменил на должности заболевшего Максима Аммосова). Вопреки карательным директивам, Васильев и Байкалов не спешили действовать, затягивая и не выполняя прямое указание. В это же время руководство республики обратилось к восставшим с призывом сложить оружие и объединить усилия под знаменем партии во благо Якутии. Этот призыв уже сработал в 1922-23 годах и в этот раз, Аммосов, Барахов и другие надеялись уберечь якутян от очередного кровопролития, а еще более от их карающих последствий. Такой подход сработал и в этот раз, поиграв в «кошки-мышки» с отрядом Строда, восставшие сложили оружие и сдались на милость властей, получив при этом обещание справедливого суда.

Ян Полуян

Ян Полуян

2 января 1928 года, на следующий день после завершения восстания, из Москвы в Якутск отправили специальную комиссию во главе с заместителем председателя ВЦИК Яном Полуяном. Костяк группы составили сотрудники ОГПУ под охраной вооруженных бойцов. К моменту прибытия комиссии, восстание уже давно завершилось, наиболее активная часть восставших дожидалась суда, остальные отпущены по домам. Но руководству республики было неизвестно, что специальная комиссия прибыла не только для подавления восстания, но и имела дополнительное указание — дать оценку деятельности руководства Якутии и подавить зачатки «своенравия», путем смещения неугодных лиц от ее руководства.

Роковой пленум или расплата за человечность

Историк-краевед Эдуард Данилов в книге «Степан Васильев — государственный, общественно-политический, профсоюзный деятель» указывает, что к тому времени в Якутской партийной организации случился раскол. Две группы партийных деятелей, одна возглавляемая Аммосовым, Бараховым и Васильевым, другая Габышевым, Гоголевым, Варфоломеевым, вели подковерную борьбу за власть. Специальная комиссия использовала эти разногласия для устранения неугодных, сделав ставку на Габышева и его сторонников.

2770982771

Степан Васильев

Роковой пленум Якутского обкома ВКП(б) прошел 27 марта 1928 года. Тогда, в нарушение всех уставов и инструкций, был снят с должности секретаря обкома Исидор Барахов. Его место занял Александр Габышев. Спустя полгода уже на следующем областном пленуме в состав обкома не были избраны Аммосов, Ойунский, Васильев, Барахов, Донской II, Захаренко, Бояров и другие, а это были, без сомнения, лучшие сыновья Якутии, наиболее опытные, деятельные и прошедшие «огонь, воду и медные трубы» руководители. Как только специальная комиссия свершила «переворот», была запущена карательная машина. По данным доктора исторических наук Егора Алексеева за 1928-1929 годы в Якутии было расстреляно не менее 300 участников восстания, от его руководителей до рядовых сторонников Ксенофонтова. Репрессии прокатились и по северным улусам республики, власть расправлялась и со старыми противниками, уничтожая амнистированных участников повстанчества 1922-23 годов.

Судилище

Попытался восстановить справедливость Степан Васильев на заседании Оргбюро ЦК ВКП(б) по результатам «Якутского дела». Сохранилась стенограмма данного мероприятия, которая дает понять, что это не заседание, а настоящие судилище.

По сути, заседание вылилось в обвинения Аммосова, Барахова, Васильева и других руководителей Якутии в «заигрывании» с национальной интеллигенцией и малодушии к восставшим. Председатель заседания секретарь ЦК ВКП(б) Станислав Косиор, обвиняя руководство республики, прямо сказал: «Вы сначала допустили восстание, а потом смотрите, руками разводите, ахаете, охаете и только сейчас начинается говорить об ошибках...».

Руководитель специальной комиссии Полуян ему вторит:

- «По существу решительной, беспощадной борьбы с восставшими бандитами не было. Был расчет на мирную, бескровную и пр. ликвидацию бандитизма».

Спустя почти 100 лет, что тогда звучало обвинением, звучит как свидетельство гуманности и человеколюбия друзей-соратников Аммосова, Барахова, Строда и других деятелей.

Обвинить руководство Якутии дали и Генриху Ягоде (в дальнейшем первый нарком НКВД), который подтверждает своими словами наличие директивы на насильственное подавление восстания: «...мы даем следующую директиву: всех расстреливать на месте. И вот, получив такую директиву, они все-таки пошли на компромисс с бандитами. В тот момент, когда мы окружили бандитов и должны были вступить с ними в бой, Строд дает приказ, предательский приказ — наступление не вести, отступить и заключить договор с отрядом Ксенофонтова и Артемьева...».

Так как защищать соратников пришлось одному Степану Васильеву, лично ему доставалось немало. Предоставляя слово Васильеву, Косиор небрежно бросает: «Дадим 20 минут, пусть оправдывается».

Степан говорил горячо, рассказал об особом положении Якутии и ее населения. О крайней бедности, буйству болезней, детской смертности и о многом другом, что свидетельствовало о жизни на грани вымирания. Этим он пытался защитить позицию своих соратников, делающих упор на гуманности, без расстрелов и пыток.

«Мы имеем такое положение, при котором мы не можем не привлечь той маленькой национальной интеллигенции, которая у нас существует», - объясняет свою позицию Васильев.

Видимо в отчаянии, защищая себя и товарищей, Васильев обвиняет новое руководство республики в не пролетарском происхождении. Ему парирует присутствующий на заседании Варфоломеев, обвиняя самого Васильева в кулацком происхождении. Продолжая, он громит своих бывших соратников, восхваляя деятельность комиссии при этом:

- «Обследование, этой Комиссии было очень глубокое и всестороннее. Окружная организация поддержала ее решения, весь городской актив поддержал…», «...А что получилось вот с этим активом, с Васильевым и Аммосовым? Они остались одиночками...»., «...Вы подумайте только, люди руководили организацией 10 лет и не имеют за собой хотя бы маленькой кучки последователей. Это характерный факт. Вот до чего дожило руководство в Якутской организации».

Защитить своих «учеников» пытается Емельян Ярославский:

- «Я считаю, что Степа Васильев, Барахов лучшие из якутов!», «Вы не найдете там лучше их!». Ярославский напоминает, что, когда его ученики участвовали в революционных событиях, рисковали жизнями на подпольной работе в тылу Колчака, Варфоломеев и другие отсиживались и смотрели, что выйдет дальше. Но голос старого большевика тонет в голосах недовольных. Решением Оргбюро Степана Васильева, Максима Аммосова и Исидора Барахова отзывают из Якутии. Аммосов, к тому же, получает персональный запрет на работу в Якутии сроком в 10 лет.

10. Delegatsiya YAASSR na 17 sezde VKPb s vidnymi gos. deyatelyami strany. 768x528

Московский период. Делегация ЯАССР на XVII съезде ВКП(б) с видными государственными деятелями.
Сидят (слева направо): И.И. Шварц, Е.М. Ярославский, Н.К. Крупская, Г.И. Петровский, Н.С. Емельянов.
Стоят: Л.З. Корытный, П.М. Певзняк, К.Р. Генцерберг, С.В. Васильев, Г.К. Орджоникидзе, М.К. Аммосов, Н.Н. Окоемов. Москва, февраль 1934 г.

С ними поступили, как с преступниками и, как оказалось, впоследствии навсегда оторвали от их малой Родины. Но обвиняя их и называя некомпетентными, власть, тем не менее, понимала их настоящий потенциал и использовала на других важных должностях, но уже за пределами Якутии. А «удар в спину» от соратников не помог последним избежать репрессий 1937-39 годов, жертвами которых они также и пали.

Николай ТАТАРИНОВ

Комментарии (0)

Никто ещё не оставил комментариев, станьте первым.

Оставьте свой комментарий

  1. Опубликовать комментарий как Гость.
Вложения (0 / 3)
Поделитесь своим местоположением
ПОДЕЛИТЬСЯ СТАТЬЕЙ