Общество

Всё началось с наказов избирателей. Во время предвыборных встреч в марте 1989 года, особенно в вилюйской группе районов, люди с тревогой говорили о последствиях подземных ядерных взрывов и о загрязнении Вилюя после строительства Вилюйской ГЭС. Они требовали от центральных властей прекратить взрывы и принять конкретные меры по экологическому оздоровлению в зоне деятельности объединения «Якуталмаз». Эти требования были оформлены как депутатский наказ.

«Особенно остро ставили вопрос в Сунтарском и Верхневилюйском районах. Это было понятно: в то время только зарождалось общественное движение по оздоровлению экологии в бассейне Вилюя», — вспоминает Климент Иванов. Среди активистов движения он называет Валерия Мекюмянова и Эдуарда Соколова из Сунтарского района, Никиту Архипова из Верхневилюйского. Свою озабоченность высказывали известные учёные Дмитрий Саввинов и Вадим Кривошапкин, эколог Иван Бурцев. Однако писали об этих проблемах тогда только на местном уровне, и влияние движения поначалу было невелико.

Народные депутаты СССР, избранные от республики в марте 1989 года, поставили себе задачу озвучить тревогу населения на союзном уровне. 22 ноября 1989 года на сессии Верховного Совета СССР Климент Иванов впервые с высокой трибуны изложил требования жителей республики, а затем направил письменный запрос первому заместителю Председателя Правительства СССР Ивану Белоусову.

«О подземных ядерных взрывах, проведённых будто бы в мирных народно-хозяйственных целях, умалчивалось. Народ не знал ни масштабов взрывов, ни последствий. Всё делалось под грифом „для служебного пользования“, и руководители страны не осмеливались публично высказаться по этому наболевшему вопросу», — отмечает он.

Письменный ответ на запрос и текст выступления опубликовали республиканские газеты, их передавали по радио и телевидению. «Так была приоткрыта завеса тайны о масштабах экологического бедствия в регионе. Общественное экологическое движение получило конкретные данные», — подчёркивает Климент Егорович. При подготовке выступления он опирался на практически секретные материалы: памятную записку комиссии Сибирского отделения АН СССР о последствиях строительства Вилюйской ГЭС, справку природоохранных ведомств республики об оценке загрязнения бассейна Вилюя высокоминерализованными водами при разработке алмазных месторождений и записку академика Николая Черского о предотвращении загрязнения реки сбросами алмазодобывающих предприятий.

За словами последовали дела. Летом 1991 года Климент Иванов инициировал постановление Совета Министров Якутской АССР о закрытии фабрики № 2 НПО «Якуталмаз» за грубые нарушения предписаний природоохранных органов: хвостохранилища переполнялись, и вода с недопустимо высоким содержанием вредных элементов сбрасывалась в речку Далдын, впадающую в Вилюй. Сопротивления со стороны руководства объединения не было — генеральный директор Лев Сафонов понимал, насколько пагубно ситуация отражалась на экологии реки.

Уже во главе Верховного Совета республики Климент Иванов в 1992 году подготовил и добился принятия постановления «О комплексе первоочередных мер по оздоровлению экологической обстановки в бассейне реки Вилюй». Он также поддержал позицию первого президента республики Михаила Николаева, который ставил перед руководством России и НПО «Якуталмаз» вопрос о двухпроцентных отчислениях от реализации алмазного сырья на экологическое оздоровление бассейна Вилюя.

Точку в истории с ядерными взрывами помогла поставить встреча Михаила Николаева с министром РФ по атомной энергии Виктором Михайловым в 1994 году. В её подготовке участвовали Климент Иванов, работавший тогда Постоянным представителем республики при Президенте РФ, и эколог Иван Бурцев. По итогам встречи был подписан документ о проведении экологического мониторинга на территории республики и выделении средств на ликвидацию последствий двух подземных ядерных взрывов, известных как «Кратон-3» и «Кристалл». Возглавил созданную для этого правительственную структуру Иван Бурцев, который, по словам Климента Иванова, оправдал доверие и провёл огромную работу.

«В 1989 и 1992 годах мы не только поддерживали требования общественного экологического движения, но и приняли ряд серьёзных практических мер по этой очень острой проблеме», — резюмирует Климент Иванов.

Фото из архива К.Е. Иванова