В Ил Тумэне

Начали с обряда, закончили резолюцией

30 апреля Россия впервые отметила День коренных малочисленных народов. Дата выбрана не случайно: в этот день в 1999 году был принят федеральный закон о гарантиях прав КМНС. В Якутске Ассамблея депутатов и представителей коренных народов прошла в Госсобрании Якутии с участием депутата Госдумы Галины Данчиковой. Тема, вынесенная на обсуждение, простая по формулировке и непростая по содержанию: взаимодействие недропользователей и коренных малочисленных народов, роль в развитии территорий.

Открыла заседание председатель постоянного комитета по вопросам КМНС Севера и делам Арктики Елена Голомарёва. Куратор комитета, заместитель председателя парламента Александр Подголов сразу задал тон: без славословий и пустых деклараций в любви к коренным народам, по существу, постараться решить вопросы, которые ими ставятся.

Цифры, без которых нельзя

Основной доклад представил замминистра по развитию Арктики и делам народов Севера Михаил Погодаев. В Якутии 64 территории традиционного природопользования местного значения. Их общая площадь составляет 53% территории республики. В перечень мест традиционного проживания входят 70 населённых пунктов в 21 районе. Действует региональный закон об этнологической экспертизе. Якутия по-прежнему остается единственным регионом России, где этнологическая экспертиза имеет статус закона.

К сегодняшнему дню уполномоченным органом организовано 82 экспертизы, еще 29 проектов проходят разные стадии готовности. Общий объем оцененных убытков составляет 1 млрд 574 млн рублей. Часть выплачена, часть выплачивается в ходе реализации проектов.

И здесь первая трещина в красивой картине. По состоянию на март 2025 года в границах территорий традиционного природопользования велись работы по 821 лицензии. Президент Ассоциации КМНС Севера РС(Я), уполномоченный по правам коренных малочисленных народов Константин Роббек привел свежие данные: на начало года в местах традиционного проживания выдано 1044 лицензии, из них 309 добычных. Это уже не геологоразведка и не палеонтология. Это разработка месторождений на тех же землях, где пасут оленей и собирают дикоросы.

Что не так с экспертизой и где её обходят

Глава Сюльдюкарского национального эвенкийского наслега Мирнинского района Вера Афанасьева на конкретном примере показала, как современный закон позволяет уйти от обязательств.

Схема выглядела так. Промышленная компания инициировала этнологическую экспертизу своего проекта. Экспертная группа оценила воздействие на традиционное природопользование, рассчитала размер ущерба, подготовила заключение и рекомендовала выплатить компенсацию единым траншем.

Компанию это не устроило. Она направила в экспертную комиссию ходатайство о разделении выплаты на два периода, мотивируя тем, что работа спланирована на два сезона. Комиссия удовлетворила. Компания перечислила первую часть, а потом отказалась платить вторую, сославшись на то, что во втором сезоне работ якобы не было.

Нюанс в том, что фактически весь объем работ был выполнен в первом сезоне. По полной, со 100%-м ущербом для традиционного хозяйства. Компания же заплатила только 30% от установленных компенсаций.

Действующее законодательство не запрещает пересмотр заключения экспертной группы по инициативе недропользователя. Не предусматривает контроль за фактическим выполнением работ. Не содержит санкций за уклонение от выплат. Это правовой коридор, через который можно уйти безнаказанно и создать прецедент для всех остальных.

Глава наслега сформулировала пакет мер для резолюции Ассамблеи. Размер компенсации должен определяться не графиком работ, а фактически нанесенным ущербом. Нужен законодательный механизм контроля за тем, соответствуют ли реальные сроки и объемы заявленным. Полная сумма компенсации, определённая экспертизой, должна депонироваться на специальном защищенном счёте до начала работ либо обеспечиваться банковской гарантией. Тогда график можно менять как угодно, деньги уже зарезервированы.

Вторая системная проблема, которую подняла Вера Афанасьева, касается налога на доходы физических лиц. По закону часть НДФЛ должна зачисляться в бюджет того сельского поселения, на территории которого ведутся работы. Однако наслег получает поступления не от всех недропользователей. Хотя именно эти средства могли бы пойти на инфраструктуру, социалку и поддержку традиционного хозяйства, то есть туда, где промышленность реально ощущается.

Михаил Погодаев в комментарии подтвердил: министерство впервые столкнулось с такой схемой по компенсациям, позиция ведомства однозначная, ущерб должен быть компенсирован независимо от графика, и работа с компанией продолжается.

Позитивные примеры: Олекминский и Томпонский районы

Чтобы разговор не сводился к одним проблемам, в Ассамблею пригласили крупных недропользователей с положительной практикой. Представитель «Нордголд» Андрей Варламов привел цифры по Олекминскому району. Компания работает в Якутии с 2007 года, развивает рудники Гросс и Таборный, проект Токкинский, ведет геологоразведку. На производственных площадках больше 3500 рабочих мест. За 2024 и 2025 годы выплачено свыше 55 млрд рублей налогов. На экологические платежи в 2023–2025 годах ушло около 500 млн.

С муниципалитетами и общиной Тяня заключено пять долгосрочных соглашений. Только за последние три года компания вложила в социальные объекты Якутии больше 670 млн рублей: 170 млн на ФАП с телемедициной и онлайн-образованием в Тяне, 450 млн на школу-сад в этом же селе, плюс жилье для молодых специалистов и финансирование локальных инициатив.

С 2023 года действует общественный экологический совет, в селе Эжанцы внедрена система радиационного контроля Фрегат, в 2025 году проведён независимый экологический мониторинг рек с участием общественности.

Татьяна Лебедева от «Полиметалла» представила опыт по Томпонскому, Верхоянскому, Момскому и Усть-Янскому районам. «Полиметалл» в России работает с 1998 года, у компании 10 активов от Чукотки до Урала и больше 15 тысяч сотрудников. В Якутии у компании четыре предприятия и порядка 2000 сотрудников. Имеются шесть соглашений о социально-экономическом сотрудничестве.

За время работы в республике «Полиметалл» вложил порядка 4,6 млрд рублей, в том числе на дороги длительной эксплуатации, мосты и зимники. Только в социальные проекты направлено больше 428 миллионов. Отдельно поддержка КМНС – 83 миллиона рублей. По линии транспортной инфраструктуры компания эксплуатирует автозимник протяженностью 364 километра, с 2023 года содержит его за собственный счёт. Два автомобильных моста обеспечили жителям села Тополиное в Томпонском улусе круглогодичную связь со своими оленеводческими стойбищами. На проектную документацию школы с интернатом в Тополином в этом году выделяется 21 млн рублей.

С СВФУ заключено соглашение, в горном институте и на геологоразведочном факультете компания создала две именные аудитории с современным оснащением, инвестировала порядка 12 миллионов рублей. В Томпонском районе компания взяла под крыло Горно-геологический техникум: укрепляет материально-техническую базу, открыла лабораторию, помогла создать новые специальности – обогащение полезных ископаемых и лаборант химического анализа. Школьник, пришедший после 9 класса, выходит из техникума с двумя документами – аттестатом и удостоверением о специальности. По линии Департамента занятости компания обучила 133 жителя из числа незанятого населения, 42 человека после стажировок остались работать.

В природоохранной части «Полиметалл» за пять лет выпустил в реки около 1,6 миллиона мальков пеляди, сибирского осетра и щуки, в прошлом году добавил больше 15 тысяч мальков от дочернего предприятия «Прогноз Серебро». По лесовосстановлению – 175 тысяч сеянцев сосны на площади больше 87 тысяч гектаров. В этом году компания стала генеральным спонсором первого республиканского праздника «Священный мой олень».

С администрацией Тополиного и родовыми общинами «Полиметалл» разработал отдельную пятилетнюю программу поддержки оленеводства на 31 млн рублей. Это изгороди на 45 километров, доставка кормовой соли и порядка 6 тонн ГСМ ежегодно, аэролодки для перевозки детей со стойбищ, снегоходы, квадроциклы, спутниковая связь, электрогенераторы, маршрутные домики. Параллельно компания провела четыре этнологические экспертизы и выплатила порядка 35 млн компенсационных выплат.

Любопытная деталь по будущему оленеводов: в Тополином хотят запустить программу совмещения. Два месяца человек работает в стаде, два месяца на производственном объекте компании. Так удерживают доход и не теряют связь с традицией.

Наука. Что еще нужно дописать

Профессор, доктор экономических наук Ирина Самсонова разложила слабые места этнологической экспертизы. Якутия доказала, что экспертиза эффективна. Но федеральный закон только определяет понятие, а статус с юридическими последствиями есть только в одном регионе, у нас. Это главный системный барьер.

Без федеральной нормы право КМНС на проведение экспертизы и использование её результатов в других регионах остается декларативным.

Параллельная проблема – методики. По закону у нас должны действовать нормативно-справочные показатели по районам, и они напрямую влияют на размер ущерба. На практике в расчетах пользуются разнобоем литературных и справочных источников. Самсонова с коллегами разработала такие показатели для трех районов с самой высокой промышленной нагрузкой: Алданского, Нерюнгринского и Олекминского. Если их утвердить нормативным актом, размер расчетного ущерба коренным малочисленным народам увеличится в два раза.

Второй блок – этнологический мониторинг. По закону он должен быть. На деле провели только два мониторинга. Один по заказу министерства, второй по инициативе самой компании, дочернего предприятия «Роснефти» в Тяне. Когда заказывает заинтересованная сторона, говорить о независимости сложно.

Третье направление, над которым работает Академия наук, – геоинформационная аналитическая платформа. На ней собраны территории традиционного природопользования, оленьи пастбища, охотничьи угодья, рыболовные участки, стойбища, маршруты перегонов, места сбора дикоросов. По Оленекскому району пилотный слой уже сформирован. Идея в том, чтобы и недропользователи, и общины, и органы власти видели в режиме реального времени, кто где работает и чьи угодья пересекаются с лицензионным участком.

Северо-Восточный федеральный университет добавил свою повестку. За последние четыре года 379 проектов и 58 внедренных разработок, 9 проектов по разным аспектам жизни КМНС в Российском научном фонде. Кафедра северной филологии – единственная на Дальнем Востоке, где готовят специалистов по языкам коренных малочисленных народов Севера. От университета прозвучала просьба к недропользователям: поддержать не только инженерные направления, но и Институт языков и культур народов Северо-Востока, кафедру северной филологии, кабинет родных языков.

Медицина в зоне промышленного освоения

Научный сотрудник Якутского научного центра, председатель региональной ассоциации пациентов со спиноцеребеллярной атаксией Оксана Сидорова показала ту сторону Якутии, о которой редко говорят на ассамблеях о недропользовании. В республике один из крупнейших в мире очагов наследственных нейродегенеративных заболеваний. Спиноцеребеллярная атаксия первого типа – 78 случаев на 100 тысяч населения. С учетом пресимптоматических носителей около 100 на 100 тысяч. В мире от 0,5 до 1 на 100 тысяч. По миотонической дистрофии – 23 случая на 100 тысяч. В арктических улусах живёт больше 140 пациентов и членов их семей.

Семья с таким диагнозом отличается от семьи с инсультом или онкологией. Болеет не один человек, а вся семья, потому что заболевание наследственное. Уход длится не годы, а десятилетия. У детей и подростков высокая частота суицидов. Пациенты годами лежат на семейном паллиативном уходе. Без ДНК-теста семья не может оформить инвалидность. У врача-генетика нет ресурса самому летать в дальние наслеги.

Сидорова предложила недропользователям конкретные форматы участия. Поддержка ДНК-тестирования, выездные ДНК-скрининги, обучение фельдшеров паллиативному уходу, средства для маломобильных пациентов, адаптация жилья: пандусы, расширение проёмов, транспортная помощь врачам-генетикам. Возможные модели – пилотный проект в одном улусе с одной компанией, совет с участием местной власти и НКО или зонтичный фонд, объединяющий нескольких недропользователей.

Главное – два документа

К рассмотрению Ассамблеи комитет вынес два рамочных документа, разработанных совместно с тремя профильными комитетами Ил Тумэна и министерством по развитию Арктики.

Первый – дорожная карта недропользователя. Полный цикл реализации проекта: от предпроектной оценки и этнологической экспертизы до ликвидации и рекультивации, с перечнем уполномоченных органов и реальными сроками на каждом этапе. Второй – алгоритм действий органов местного самоуправления и общин КМНС при работе с недропользователями. Что требовать на стадии оценки. Кого включать в экспертные группы. Что фиксировать в соглашениях, помимо денег: натуральные компенсации, квоты на целевое обучение молодёжи, обязательства по приему на работу местных.

Параллельно был представлен проект методического руководства по социальной ответственности недропользователей. Его представил уполномоченный представитель Ассоциации коренных малочисленных народов Севера РС(Я) Роман Калитин. Документ – добровольный стандарт, ориентированный на единые подходы и независимый рейтинг.

Документ принят решением Ассамблеи. Роман Калитин напомнил принцип, на котором держится эта работа: ничего для нас без нас. Решения, касающиеся коренных народов, не должны приниматься без их участия.

Острые вопросы

Дискуссия в финале вышла за рамки регламента. Первый блок – рейтинг социальной ответственности. Профессор Самсонова показала: в добровольном рейтинге участвуют всего 15 компаний из всей республики. Тройка лидеров не меняется – АЛРОСА, «Алмазы Анабара» и «Арктик Капитал». «Эльга Уголь» подтянулся в последние годы. Все остальные за бортом. По экологической отчётности картина похожая: системы экологического менеджмента внедрили 85% крупных предприятий, экологическую декларацию опубликовали лишь 22.

Параллельно за 2025 год природоохранными службами выявлено 601 нарушение, устранено только 45%. Особая тревога – загрязнение водных объектов.

Второй блок – конкретика по трудоустройству. Из 3500 рабочих мест «Нордголд» в Олекминском районе работают только 30 человек из числа местного населения.

Депутаты потребовали увязать конкретные показатели социально-экономического развития, которые сейчас готовит федеральный центр для Дальнего Востока, с человеческим капиталом.

Вопрос звучал прямо: 50 тонн якутского золота в год, а как они отражаются на людях, на оленях, на наслегах, через которые проходит лицензия?

Что дальше?

Резолюция Ассамблеи направлена в муниципальные образования. Недельный срок на письменные предложения, после чего документ уходит на утверждение. По линии Ил Тумэна готовится проект федерального закона, дополняющий статью 20 закона о недрах, чтобы дать механизм досрочного прекращения права пользования недрами за систематические экологические нарушения. Республика рассчитывает собрать доказательную базу по другим регионам и внести законопроект в Государственную думу.

В список рекомендаций для итоговой резолюции попали изменения в статью 105 Земельного кодекса, чтобы включить ТТП в зоны с особыми условиями использования; пересмотр методики государственной поддержки северного домашнего оленеводства с разворотом в сторону малых хозяйств; легализация института независимой экспертной оценки на базе общественных организаций КМНС.

Фото Василия Кононова