КУРС ЦБ: $ 75,86 | 89,06

О том, как сложились судьбы наших земляков, эмигрировавших из-за революции и Гражданской войны, и проекте гранта «Локальная и региональная история в глобальном измерении: мир якутской эмиграции между Востоком и Западом» газете «Ил Тумэн» рассказал кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник отдела истории и арктических исследований ИГИиПМНС СО РАН Егор Петрович Антонов.

О том, как сложились судьбы наших земляков, эмигрировавших из-за революции и Гражданской войны, и проекте гранта «Локальная и региональная история в глобальном измерении: мир якутской эмиграции между Востоком и Западом» газете «Ил Тумэн» рассказал кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник отдела истории и арктических исследований ИГИиПМНС СО РАН Егор Петрович Антонов.

- Расскажите подробнее о проекте гранте «Локальная и региональная история в глобальном измерении: мир якутской эмиграции между Востоком и Западом».

- Проект реализуется с 2018 года при поддержке Российского фонда фундаментальных исследований. Главной целью исследования является представления адаптации и деятельности немногочисленной якутской антибольшевистской эмиграции, как своеобразного феномена оппозиционной интеллектуальной субкультуры в странах Финляндии, Японии, Китае и США в первой трети ХХ века. В ходе реализации гранта удалось провести обширные исследования и найти уникальные материалы в Национальной библиотеке Финляндии, Библиотеке университета г. Хельсинки, Российской Государственной библиотеке (Москва), Дальневосточной государственной научной библиотеке (Хабаровск), Сахалинской областной универсальной научной библиотеке (Южно-Сахалинск), Национальной библиотеке РС(Я), Национальном архиве Финляндии, Государственном архиве РФ, Государственном архиве Хабаровского края, Государственном архиве Сахалинской области, Национальном архиве Республики Саха (Якутия), рукописном отделе США.

- Расскажите об известных якутских эмигрантах. Как сложились их судьбы?

- Судьба у наших эмигрировавших земляков на чужбине была сложная и тяжелая. Известный купец Гаврил Никифоров (Манньыаттаах уола) пытался в Харбине торговать пушниной, но его «Якутское торговое товарищество» обанкротилось, поскольку советско-британская пушная компания «Рылов-Лесников» взяла у него на реализацию крупную партию ценной пушнины, разорилась и не смогла вернуть обещанных дивидендов. Тогда Гавриил Васильевич с семьей переехал в Мукден и занялся торговлей, но в результате банкротства в 1931 году Русско-Азиатского банка, членом правления которого он состоял, «сгорели» все его личные сбережения. После этого он нигде более не работал, занимаясь сдачей в аренду двух своих домов на станции Какакаши в Дайрене. Купец 1-й гильдии Николай Аверенский открыл в Харбине винно-бакалейную лавку, но ввиду острой конкуренции дела шли скверно. И лишь Петру Кушнареву удалось добиться успеха в бизнесе, открыв Русско-американскую молочную ферму, обеспечивающую город Циндао свежими молочными продуктами. Работниками состояли как русские, так и китайцы. Домашними учителями дочери Кушнаревых были англичанка и француз.

- По каким странам разбросало якутских эмигрантов?

- В результате революции 1917 года, Гражданской войны и репрессий якутские эмигранты уехали либо бежали из мест заключения в такие страны, как Япония, Китай, США, Финляндия и Австралия. Вначале жители Якутии направились в Японию, так как там продолжало работать посольство Российской империи во главе с Дмитрием Абрикосовым, которое занималось закупками оружия и снаряжения для Колчака, а после Гражданской войны обустраивало русских эмигрантов. Но 1 сентября 1923 года в районе Канто (индустриальный район, занимающий территорию от Токио до Иокогамы) произошло разрушительное землетрясение, унесшее жизни 250 000 человек, уничтожившее столицу и крупнейший порт Японии — Иокогаму, причинившее ущерб в 55 трлн иен. Это стало национальным бедствием, многие предрекали, что Япония больше никогда не поднимется из руин. После этого события якутские эмигранты: В. И. Новгородов, Г. С. Ефимов, П. Д. Яковлев, Г. М. Кузьмин и Г. В. Никифоров — при финансовой поддержке якутского купца П. А. Кушнарева отправились в Китай — Циндао, а оттуда в Дайрен и Харбин, а К. В. Ксенофонтов — в Северную Америку.

В то время человеку физического труда за рубежом адаптироваться было легче, чем интеллектуалу. Многим эмигрантам приходилось начинать практически с нуля. Так, Г. П. Хоютанову и Ф. П. Гаврильеву-Сольскому пришлось зарабатывать на жизнь рыбацким трудом в артели японца Такасимы, а с 1923 года — на еще более тяжелой работе при строительстве железной дороги в Чань-Чуне. П. Д. Яковлев купил автобус, куда взял кондуктором Хоютанова, помог А. А. Рязанскому обучиться на шоферских курсах весной 1924 года. Сам Яковлев тоже сдал на водительские права и с Гаврильевым-Сольским, Хоютановым организовал перевозку пассажиров на автобусе, купленном Г. В. Никифоровым. С 1921 по 1925 годы И. А. Кириллин работал в английской компании «Gudzon bej» в Харбине. Г. М. Кузьмин служил в еврейской фирме в Тяньзине, но едва сводил концы с концами.

- Взаимодействовали ли якутские мигранты с друг другом, поддерживали ли связи?

- Да, многие держали друг с другом связь, состояли в личной переписке. В основном, в своих письмах якутские эмигранты обсуждали разнообразные насущные проблемы по трудоустройству и поиску жилья за рубежом, установлению связей между выходцами из Якутии в мире, выяснению судеб оставшихся родственников и знакомых в Советском Союзе, вестей с Родины о репрессиях и росту цен на продукты питания и так далее.

В чем заключалось участие якутских эмигрантов в цивилизационном диалоге Востока и Запада?

- Несомненно, что по своему масштабу исторической заслугой одного из ярких представителей якутской эмиграции Михаила Зиновьевича Винокурова стало создание славянского отдела Библиотеки Конгресса США. На момент приезда супружеской четы Винокуровых в 1921 году в США фонды этого книгохранилища отличались крайней скудостью именно русской литературы. 15 ноября 1921 года при содействии Русской православной церкви М.З. Винокуров получил должность ассистента. В результате к 1944 году фонды Библиотеки Конгресса были пополнены 923 ящиками с книгами, газетами, журналами, фотографиями и документами Русского посольства в США.

По подсчетам американских библиографов Михаил Зиновьевич составил 300 карточек русскоязычных работ об Америке; 700 карточек трудов русских эмигрантов, опубликованных в США; 200 карточек русскоязычных детских книг; 700 карточек материалов Аляскинской церковной коллекции; 382 карточки, а по другим данным свыше 500 книг Русской Православной церкви, полученных Библиотекой Конгресса из Аляски в 1940 г. Имеются также такие картотеки, как «Аляскинская библиография», картотека русских эмигрантов с ФИО, датой рождения, занятием и другие не изученные еще картотеки.

Особый интерес представляет часть коллекции М.З. Винокурова «Якутский народ и язык», где находились следующие книги: «Букварь для якутов» (Казань, 1897 г.) и «Сурук бичик» на латинской графике С.А. Новгородова (СПб., 1917 г.), «О языке якутов» О.Н. Бётлингка, «Якуты». Опыт указателя историко-этнологической литературы о якутской народности» П.П. Хороших (Иркутск, 1924); «Образцы народной литературы якутов»; «Словарь якутского языка» и «Якутские пословицы» Э.К. Пекарского; «Остатки старинных верований якутов»; «Падежные суффиксы в якутском языке», «Грамматика якутского языка» С. Ястремского. Имелась научная литература по итогам экспедиций: «Заметки по гидрографии» 1914 г. Отчет об исследовании устья р. Лены в 1912 г.; «Труды Комиссии по изучению Якутской АССР. Том IV, куда вошли «Материалы по обычному праву и по общественному быту якутов» Д.М. Павлинова, Н.А. Виташевского и Л.Г. Левенталя (Л., 1929 г.). Также в коллекции М.З. Винокурова представлены и другие книги по якутской тематике: Н. Щукина «Поездка в Якутск» (СПб., 1844 г.); «Краткая священная история» на якутском языке (Якутск, 1867 г.); Н.Д. Юргенса «Экспедиция к устью р. Лены с 1881 по 1885 гг.»; А. Маныкина-Невструева «Завоеватели Восточной Сибири. Якутские казаки. Очерк» (М., 1883 г.); «Обзоры Якутской области» за 1908 и 1909 гг. с планом областного города; П. Нифантьева «Первобытные грамотки. Рассказ из жизни юкагиров» (СПб., 1912 г.); Н.Е. Олейникова «Усть-Янские рассказы. Из жизни Севера Якутской области» (Якутск, 1914 г.); издания переводческой комиссией в г. Якутске в 1914 и 1915 гг. по религии и духовности; серии книг на якутском языке по здравоохранению, животноводству и оленеводству, выпущенные Центральным издательством народов СССР в 1924—1925 гг.

- Много ли было среди них репатриантов? Что ждало их на Родине после возвращения?

- Репатрианты были, так как подавляющее большинство беженцев элементарно боролось за выживание на чужбине. Основные причины возвращения в Якутию - тоска по Родине, прекращение повстанчества мирным путем, высокий авторитет руководства автономной республики. Стоит также отметить тот факт, что советская власть на протяжении всей первой половины 1920-х годов объявляла политические амнистии дважды в год (к очередной годовщине Октябрьской революции и Первомаю), а 3 ноября 1921 года ВЦИК издал декрет «Об амнистии лицам, участвовавшим в качестве рядовых солдат в белогвардейских организациях».

Однако репатрианты и реэмигранты стали одной из категорий населения, в отношении которых начался беспощадный террор, развернутый согласно оперативному приказу НКВД СССР от 30 июля 1937 года. В ходе реализации приказа на территории Сибири было сфабриковано широкомасштабное «дело РОВС». Вернувшиеся «харбинцы», к которым причислялись выезжавшие советские специалисты и даже командировочные, квалифицировались как агентура японской и отчасти китайской разведок. Согласно оперативным данным НКВД, в рамках «харбинской операции» в сентябре 1938 года было осуждено 34 511 человек, в том числе приговорены к расстрелу — 22 942, к 8—10 годам лишения свободы — 10 904, высланы из страны — 379 человек, оставшиеся осуждены на 5 лет исправительных трудовых лагерей либо на поселение. Никому из репатриантов на Родине выжить не удалось, поскольку все они пали жертвами карательных органов.

- Какие новые материалы о якутских эмигрантах удалось найти в Финляндии?

- Да, в рамках реализации гранта были проведены исследования в конце 2019 года в Национальном архиве Финляндии, библиотеке университета Финляндии, Финно-Угорском научном обществе в г. Хельсинки, и в рукописном фонде финского лингвиста Арво Сотавалта. Были изучены следующие документы: рукопись словаря, представленного солидной картотекой эвенкийских слов, собранных у эвенков северного Предбайкалья, а также сравнительные их значения в диалектах олекминских эвенков, якутского языка, заимствований из русского языка; оригинальные тексты якутских сказок, исторических преданий и олонхо; составленных с помощью якутских эмигрантов М.Ф.Корнилова, С.К. Старостина и Е.Е.Старостина под научным руководством профессора Рамстедта. В результате научных поисков была обнаружена книга Арво Сотавалта «Якутская песня», изданная в 1933 году на финском языке. Большой интерес также представляют опубликованные им западно-ламутские материалы.

Комментарии (0)

Никто ещё не оставил комментариев, станьте первым.

Оставьте свой комментарий

  1. Опубликовать комментарий как Гость.
Вложения (0 / 3)
Поделитесь своим местоположением
ПОДЕЛИТЬСЯ СТАТЬЕЙ